«Тиражи книги о Валиевой будут исчисляться миллионами». Итальянский фигурист сравнил возвращение Камилы с Рождеством
25 декабря завершился срок дисквалификации Камилы Валиевой. За два с лишним года вне соревнований она успела сменить тренерский штаб и теперь всерьез готовится вернуться на топ-уровень. Ожидание ее «разбана» оказалось историей не только для российских болельщиков — за развитием ситуации внимательно следили и за рубежом.
Одним из тех, кто особенно эмоционально отреагировал на окончание санкций, стал один из сильнейших фигуристов Италии Кори Чирчелли. В день возвращения Камилы он оставил под ее постом комментарий на русском языке, а затем подробно объяснил, почему история Валиевой имеет для него такое значение и чем его вдохновляет российское фигурное катание.
Корреспондент побеседовал с Кори о его отношении к Валиевой, событиях Пекина, перспективах Камилы и интересе итальянцев к российским спортсменам.
«Она была и остается величайшей в женском одиночном катании»
— В соцсетях ты очень бурно отреагировал на окончание дисквалификации Камилы Валиевой. Почему это так важно именно для тебя?
— По-моему, тут почти нечего объяснять. Для меня Камила была и остается величайшей фигуристкой в истории женского одиночного катания. Я помню ее еще по юниорским стартам: о ней тогда говорили буквально везде, в любой стране, где я бывал. Мне рассказывали о какой-то невероятной девочке, которая делает элементы, недоступные никому другому. Уже тогда я начал пристально следить за ее выступлениями.
— Ее карьера оправдала твои ожидания?
— Более чем. Иногда мне казалось, что я смотрю не настоящие прокаты, а что-то вроде компьютерной графики. Все было настолько близко к идеалу, что трудно было поверить, что это реальный человек. Для меня Камила — будто ангел в мире фигурного катания. И до сих пор злость берет, когда вспоминаю, что с ней произошло на Олимпиаде в Пекине.
«Казалось, мир остановился, а суперзвезду сделали злодейкой»
— Как ты узнал о скандале вокруг нее на Играх?
— В то время я жил в Северной Америке. Очень отчетливо помню тот день: я сидел с другом в кофейне, когда начали приходить сообщения о Камиле. Телешоу прерывались, новостные программы на всех каналах переключались на одну тему — только она. Было ощущение, что время остановилось, а одну суперзвезду вдруг превратили в главного злодея планеты.
— Что ты тогда думал?
— Это было ужасно. Я не понимал, как вообще возможно так обращаться с 15‑летней девочкой. Давление, тон обсуждений, шквал обвинений — все это выглядело абсолютно несправедливо. При этом меня очень поразила реакция самой Камилы. Она ни разу публично не ответила злом на все те жуткие слова, которые о ней писали и говорили. Такое выдержать — уже подвиг.
«Сомневался, что она вернется. Теперь это пример невероятной стойкости»
— Верил ли ты тогда, что после такого удара она когда-нибудь вернется на лед?
— Честно, сомнения были огромные. Слишком много примеров, когда суперзвезды из России и не только говорили о намерении вернуться после трагедий, а в итоге так и не выходили больше на прежний уровень. В случае с Камилой ситуация другая: видно, что она действительно настроена снова соревноваться на высочайшем уровне. Это очень вдохновляющая история. Я искренне надеюсь, что когда-нибудь о ее пути снимут фильм или напишут книгу. И тиражи, уверен, будут исчисляться миллионами — людей по всему миру эта история задевает до глубины души.
«Мы встретились в Куршевеле. Я был фанатом и учился прыгать по ее технике»
— Сколько раз вы пересекались с Камилой лично?
— Всего однажды. Это было в Куршевеле: мне тогда было 16, ей — 13. Не знаю, помнит ли она ту встречу, но для меня это навсегда. У меня до сих пор хранится фотография с того дня.
— Поддерживаете ли вы какое-то общение сейчас?
— Я много раз писал ей в личные сообщения, но, скорее, как фанат, а не как близкий друг. Последний раз — несколько месяцев назад: я выложил видео своего прыжка и отметил ее. Долгое время я буквально учился делать четверные, разбирая ее технику. Для меня она была образцом.
— Недавно она опубликовала пост о возвращении в спорт и поставила лайк под твоим комментарием. Какие чувства у тебя это вызвало?
— Даже немного неловко говорить об этом, но, конечно, было очень приятно. Это значит, что она увидела, что кто-то на другом конце Европы искренне рад ее возвращению. Я надеялся, что и другие фигуристы присоединятся к поздравлениям, но все совпало с католическим Рождеством, и у многих в тот день были свои дела, семейные праздники.
«25 декабря стало для нас двойным Рождеством»
— Как отреагировали на эту новость твои знакомые из мира фигурного катания?
— Мы с моим близким другом Николаем Мемолой обсуждали возвращение Камилы месяцами — ждали эту дату как особый день. Для нас 25 декабря стало чем-то вроде двойного Рождества. Настоящий праздник, к которому добавилось еще одно большое событие — возвращение спортсменки, которая изменила представление о возможном в нашем виде спорта.
— А что говорит фигурное сообщество в Италии в целом?
— Тут все находятся в ожидании. В последние годы женское одиночное катание развивалось не так стремительно, как раньше, и многие мечтают снова увидеть Камилу на международной арене. Люди до сих пор в шоке, что прошло уже целых четыре года. Время летит с безумной скоростью, кажется, что Пекин был совсем недавно.
«Она может снова стать мировой суперзвездой даже без каскада четверных»
— Как ты считаешь, способна ли Камила вновь стать мировой звездой?
— Я в этом абсолютно уверен. С введением нового возрастного ценза эпоха, когда юные одиночницы массово выполняли много четверных, как это делали Трусова, Щербакова и сама Валиева, фактически останется в юниорских прокатах. У взрослых сейчас лидеры предпочитают минимизировать количество таких прыжков. Мы видели на шоу, что с тройными у Камилы все отлично. И, по моему мнению, они по-прежнему качественнее, чем у большинства соперниц.
— Веришь, что она снова будет исполнять четверные?
— Думаю, при желании она вполне может вернуть в арсенал хотя бы четверной тулуп. Насчет акселя и сальхова я не столь уверен — все-таки важно понять, насколько безопасно и стабильно можно прыгать их в более взрослом возрасте. Но я уверен, что даже с набором тройных Камила способна выигрывать. Вспомните, как Алиса Лю побеждала на крупном турнире с минимальным числом четверных. Здесь важны не только прыжки, но и общее качество катания, артистизм, компоненты. Камиле этого более чем хватает. От души желаю ей удачи на этом пути.
«В раздевалке чемпионата Италии мы смотрели чемпионат России»
— Хотелось бы поговорить и о других темах. Ты действительно так внимательно следишь за российским фигурным катанием?
— Да, я стараюсь не пропускать крупные старты. Недавно внимательно смотрел чемпионат России. Забавно, что он проходил ровно в те же дни, что и чемпионат Италии. Представьте картину: мы откатали свои программы, сидим в раздевалке, а на телефонах у меня, у Даниэля Грассля, у Маттео Риццо — трансляция российских соревнований. Мы обсуждали прокаты, элементы, программы, спорили по оценкам.
Российское фигурное катание для многих зарубежных спортсменов по-прежнему остаётся эталоном с точки зрения техники, школы скольжения и постановок. Даже в условиях, когда российские фигуристы не допускаются на международные старты, интерес к ним никуда не исчез: за внутренними турнирами внимательно следят тренеры, аналитики и сами конкуренты.
Почему история Валиевой так цепляет весь мир
Ситуация вокруг Камилы стала больше, чем просто спортивным кейсом. Ее путь вместил ключевые темы, к которым сейчас особенно чувствительно общество: давление на подростков в большом спорте, ответственность взрослых вокруг спортсмена, границы допустимого в борьбе за медали, роль медиа в формировании образа «героя» и «злодея».
Когда 15‑летняя девочка, только что поразившая мир сложнейшими элементами, неожиданно оказывается в центре допингового расследования, это ломает привычную картину: зрители привыкли сопереживать взрослым звездам, но не сталкиваться с тем, что в подобной ситуации может оказаться подросток. Отсюда и такой отклик за рубежом — история Валиевой воспринимается как трагедия таланта, попавшего под каток системы.
Именно поэтому фигуристы уровня Кори Чирчелли, Мемолы и других продолжают вспоминать Пекин с болью и говорить о Камиле с особым теплом. Для них она — не только соперница, но и символ того, как хрупок может быть путь к вершине, даже если у тебя есть уникальные способности и невероятный трудолюбивый характер.
Реальные шансы на возвращение в элиту
С точки зрения спортивной логики шансы Валиевой вернуться в мировую элиту выглядят вполне реальными. За время ее отсутствия правила изменились: возрастной ценз поднят, требования к контенту программ на взрослом уровне стали менее экстремальными. Массовой гонки за четырьмя-пятью четверными уже нет, ставка сместилась на сочетание сложности и стабильности.
Это в каком-то смысле играет Камиле на руку. Она по-прежнему обладает выдающейся техникой, пластикой и чувством музыки. Если ей удастся восстановить уверенные тройные прыжки с высочайшим качеством выезда и вращений, этого уже может хватить, чтобы навязать борьбу лидерам. А добавление хотя бы одного стабильного четверного сделает ее набор элементов практически убийственным для соперниц.
Важно и то, что за время паузы Камила изменила окружение и тренерскую команду. Смена подхода иногда помогает по-новому выстроить подготовку, снять психологический груз, переосмыслить карьеру не как «долг», а как собственный осознанный выбор. Это критично для спортсмена, пережившего такой стресс, как Олимпиада в Пекине.
Что означает ее возвращение для фигурного катания в целом
Возвращение Валиевой — это не только персональная история. Для всего фигурного катания это тест на зрелость. От того, как ее будут воспринимать судьи, федерации, журналисты и зрители, зависит, станет ли этот вид спорта более человечным по отношению к своим звездам или продолжит жить логикой жестких сенсаций и обвинений.
Если Камила вернётся и начнет побеждать, это может изменить дискурс вокруг нее: на первый план выйдут программа, техника, компоненты, а не бесконечное повторение старых скандалов. Для молодых фигуристов по всему миру ее пример будет напоминанием, что даже после тяжелейших ударов и несправедливых ситуаций возможен новый старт.
Интерес Италии к российской школе: взгляд изнутри
Слова Чирчелли о том, как он и его товарищи по сборной смотрят российские турниры в раздевалке, ярко показывают: российская школа фигурного катания остаётся ориентиром. Итальянские тренеры внимательно анализируют программы россиян, перенимают идеи хореографии, работу над скольжением, связками между элементами.
Особый интерес вызывает подготовка именно одиночниц, где Россия долгие годы задавала тон. Восприятие Валиевой в Италии и других странах Европы складывается не только из допингового скандала, но и из восхищения школой, которую она представляет. Многие юные фигуристки в Италии и других странах стараются копировать характер ее катания, строить программы с похожей логикой развития, смотреть ее старые прокаты как учебное пособие.
Книга и фильм как неизбежный итог ее пути
Слова Кори о книге и фильме о Валиевой звучат не как дежурный комплимент. История Камилы сочетает в себе все элементы сильного биографического сюжета: феноменальный взлёт, жестокий кризис, борьбу не только со спортивными, но и с юридическими и медийными обстоятельствами, а затем — возможное возвращение.
Если она действительно реализует новый виток карьеры и сумеет вновь стать символом женского катания, интерес к подробному рассказу о ее жизни и внутреннем мире будет огромным. Это история о том, как высокие достижения в спорте грандиозно сочетаются с хрупкостью человеческой психики и о том, какой ценой достаются медали и рекорды. Не случайно Чирчелли уверен: тиражи подобной книги будут многомиллионными.
«Двойное Рождество» как метафора надежды
Для итальянцев католическое Рождество — один из главных дней в году, символ обновления, надежды и света после темноты. Неудивительно, что Кори описывает 25 декабря как «двойное Рождество»: к личному и семейному празднику добавилось чувство, что в фигурное катание возвращается человек, чье имя ассоциируется у него с красотой и вдохновением.
В этом отношении реакция Чирчелли отражает настроение множества болельщиков по всему миру. Люди устали от многолетнего скандала и хотят снова говорить о фигурном катании через призму искусства, эмоций и чистого спорта. Для них появление Валиевой на старте — это возможность поставить точку в тяжелой главе и открыть новую.
Сумеет ли Камила оправдать эти ожидания — покажет только лед. Но уже сейчас очевидно: ее имя по-прежнему вызывает сильнейший отклик далеко за пределами России. А значит, какое бы продолжение ни получила ее история, она останется одной из самых ярких и обсуждаемых в современном фигурном катании.